В рамках года Испании в России в Москву привезли 200 экспонатов из собрания музея Сальвадора Дали в Фигерасе. Выставка "Сальвадор Дали: ретроспектива" ГМИИ им. А.С. Пушкина, Москва продлится до 13 ноября 2011 года.

Сальвадора Дали невозможно пред­ставить без тараканьих усов вразлет и спутницы, которую он звал Гала (Gа1а по-французски — «торжество», «празд­ник»). Впрочем, в свидетельстве о рож­дении сюрреалистической фам фаталь значилось банальное для нашего уха и глаза сочетание — Елена Дьяконова. Но женщиной она явно была небанальной, и именно поэтому львиную долю выстав­ки в ГМИИ составят портреты, фотогра­фии, графические эскизы и прочие ар­тефакты, связанные с именем и судьбой русской музы, которую молодой худож­ник в 1929 году фактически увел у пре­дыдущего мужа — поэта Поля Элюара.

Центром экспозиции стало полотно 1945 года «Тройное проявление лица Га­ла», на нем лицо модели не столько «появ­ляется», сколько «проявляется» подобно лику Христа на Туринской плащанице. За 16 лет совместной жизни чувства Да­ли не остыли — художник явно идеализи­рует свою возлюбленную, придавая ли­цу дочери мелкого казанского чиновника идеальные черты ангелов и святых с по­лотен Леонардо да Винчи.

Искусствоведы относятся к Дали с плохо скрываемым пренебрежением. Его не любят за откровенное шоуменство, за неразборчивость в деловых связях, за гладкопись (а истинные сюрреалисты и вовсе считали живопись буржуазным пережитком), за то, что ставил подпись на пустых листах бумаги, чтобы обожа­емая  Гала имела возможность не оста­навливать конвейер «работ Дали» даже после кончины гения. Но обычному зри­телю на это совершенно наплевать. Мы любим бурлеск, искусственность и нео­быкновенную чувственность искусства Дали, и поэтому можно гарантировать, что очереди на выставку макабрического испанца будут змеиться вокруг зда­ния музея вплоть до последнего дня га­стролей сюрреалистического театра из Фигераса. То, что музей имени себя Да­ли предпочитал называть именно теа­тром, — вовсе не сюрреалистический выкрутас самопровозглашенного гения.

В 1961 году мэр города, в котором в 1904-м родился Сальвадор Фелипе Хасинто Дали и Доменеч маркиз де Пуболь, преподнес в дар знаменитому земляку даже не здание, а руину разрушенного во время гражданской войны муниципаль­ного театра. Траты и заботы, связанные с реставрацией и собственной музеефикацией, Дали не страшили, он ликовал: «Где, как не в моем родном городе, долж­ны быть самые экстравагантные и важ­ные работы! Первое — я театральный живописец; второе — театр находится прямо напротив церкви, где меня кре­стили; третье — моя первая выставка когда-то открылась в холле этого теа­тра!» Художник, как и обещал, не поску­пился: сегодня в собрании музея полторы тысячиработ Дали — от почеркушек до знаковых полотен вроде «Атомной Ле­ды», ювелирных изделий, объектов, ин­сталляций. И среди прочего такой хит, как «Комната Мэй Уэст», в которой глаза-картины, нос-камин и диван  в виде пухлых губ складываются в портрет-анамарфозу голливудской дивы. Но главным экспонатом Дали назначил свое тело, завещав похоронить себя в устроенном прямо в стенах музея склепе.

(журнал "Вокруг Света")